Борис Громов: "...Бильярд лучше любых релаксаторов..."

На Первом Международном турнире по «Пирамиде», который прошел в Москве в октябре этого года, побывало немало зрителей. Среди них были известные артисты, бизнесмены, люди науки и искусства. Многие из них с интересом наблюдали за поединками ведущих игроков, комментируя их игру со знанием дела. Недалеко от себя на трибуне корреспондент журнала «Бильярд» увидел известного человека в прошлом военного, героя Афганистана Бориса Громова. И, конечно же, наш корреспондент не упустил возможности побеседовать с ним.

Представляем собеседника:
Борис Всеволодович Громов родился 7 ноября 1943 года. Ступая по стопам старшего брата, он в 12 лет надел форму суворовца. Первое из трех высших образований получил в 1965 году в Ленинградском командном училище. Трижды Борис Громов побывал в Афганистане, выводил обратно в СССР легендарную 40-ю армию. Сегодня Борис Всеволодович Громов - депутат Государственной Думы РФ.

- Борис Всеволодович, как состоялось Ваше первое знакомство с бильярдом?

- Мне было около 13-ти лет, когда я впервые увидел бильярдный стол и игру на бильярде. Играл мой дед в одном из домов культуры. В то время, это был конец 50-х, бильярдные и бильярдные столы были не столь доступны, как сегодня. Поэтому игра меня захватила, но полностью посвящать свой досуг этой игре не было возможности. Так что в юности мои «бильярдные университеты» были не столь обширны.

- Зная Вас, прежде всего как военного человека, не могу не спросить о двух темах: армия и бильярд. Вернее объединив их в одну – бильярд в армии.

- Из истории нашей страны мы знаем, что эти понятия тесно переплетались между собой. В царское время офицеры много времени проводили за бильярдным столом, поскольку искусство владения кием считалось своего рода одной из воинских доблестей. Согласитесь, что на зеленом сукне двое соперников ведут, пускай и мирную но, своего рода «войну». Войну техники, тактики, нервов. Я всегда считал, что бильярд оттачивает человеческое самообладание, служит своего рода «ситом» человеческих эмоций и переживаний. А уметь владеть эмоциями военному человеку нужно прежде всего.

Из меня не вышло большого мастера этой игры, но поддерживать бильярд, дать возможность российским офицерам совершенствоваться в этой замечательной игре я всегда старался. Помню, когда я был командующим войсками Киевского Военного Округа, бильярд почему-то впал в немилость у вышестоящих военных чинов, и мне пришлось во многом «ломать» это предвзятое мнение. Мы заказывали бильярдные столы, ставили их в Домах офицеров, проводили турниры.… До сих пор помню одного из победителей чемпионата округа, был у нас такой майор Пантелеев.

- Борис Всеволодович нашим современникам Вы более известны как герой Афганистана, много лет проведший на фронте, в условиях далеких даже от примитивного воинского комфорта. Доводилось ли там вспоминать о бильярде?

- Первое время в Афганистане, конечно, было не до бильярда, но постепенно жизнь в войсках налаживалась, ведь не будешь же ты воевать круглые сутки подряд. Чтобы как-то скрасить достаточно ограниченный в пространстве и возможностях досуг офицеров, я буквально в приказном порядке доставал из Союза бильярдные столы. Была такая статья расходов у наших финансистов – «культпросветимущество». Вот и приходилось нести «культуру бильярда» в офицерские массы. И я Вам скажу, что в этом случае бильярд действовал лучше любых релаксаторов. Взвинченные и уставшие офицеры достаточно быстро восстанавливали потраченные нервы и эмоции, проведя несколько часов за бильярдным столом.

- А Вам самому сейчас удается частенько поиграть на бильярде?

- К сожалению, редко, поскольку слишком много проблем и забот, которые приходится ежедневно решать. Но если у меня есть полчаса или час свободного времени, то я с радостью посвящаю его этой замечательной игре.

Вероника Косторная, "Бильярд", 1999 год